ДАД (1991). Москва

@Инф.: ДАД, 1991 г.р., Москва. Соб. Рычкова Надежда Николаевна. Дата записи: 27.12.2017. Язык: русский. Аудиофайл: 000015

 

Краткая биография собеседника

[Ты, сейчас просто мне о себе всё расскажешь и всё, всю информацию. Вот, а, а ты давно москвич — вот что важно?]

С рождения.

[А какого года рождения?]

Девяносто первого.

[А родители — тоже москвичи?]

Тоже москвичи.

[А дедушка, бабушка?]

Тоже.

[С обоих, с обеих сторон?]

Ну, вроде как да.

[Ну, в смысле они сейчас здесь же живут?]

Ну, да.

[А где территориально?]

Одни здесь, тоже на Преображенке, другие… бабушка в Медведково.

[А? То есть родители здесь тоже как бы все?]

Не, мама тоже в Медведково с отцом.

[А, а ты здесь на Преображенке?]

Да.

[А детство где прошло?]

Ну, я как бы и тут, и там был.

[И у бабушки, и…]

Ну да. И туда, и сюда катался.

Преображенский район. Богородский район. Станция метро »Черкизовская»

[Понятно. Слушай, а вот ты говоришь «Преображенка». А докуда считается Преображенка? Ну, как бы понятно: черты района, где Преображенка, а где там другой район начинается? Ну, вот сейчас мы в каком районе?]

В Богородском.

[В Богородском?]

Ну, да.

[А ты на какой улице, получается, там живешь?]

Знаменская.

[Знаменская. А это Преображенка?]

Да.

[Ага, а вот…]

[Посторонний голос:] Саня [Прощается.]

[Надежда [Смеется.] Слушай, там нормально? Ну, как бы пиши, если что. У него там это температура, у Ромы спала уже вроде, 37,4. Давай ему лекарство].

А, а с той стороны? Там, где «Черкизовская»? Как там, ну как бы, как осознается, где Преображенка?]

Ну, да я откуда знаю? Ну, по улицам, может, как-нибудь.

[По улицам? Ага. А Преображенка?]

Не знаю.

[А есть ещё какое-нибудь название такое, неформальное? Или просто «Преображенка» говорят?]

Преображенка.

[А вот Дима называет Преобрага. Мой Дима.]

Так не называли.

[Нет?]

Да нет. Лучше «Преображенка» и всё.

[А соседний район? «Черкизовское» метро?]

Черкизон.

[Черкизон. А здесь, в Богородском? Нету такого какого-нибудь?]

Да нет. Вроде нету.

[А в Медведково?]

А там точно ничего нету.

[Ну, просто Медведково и все, да?]

Ну, да. Да.

[Прикольно. А как ты думаешь, чтобы, ну, типа, человек считался коренным москвичом? Как? Ну, как бы как его там? Сколько поколений там должно в Москве прожить?]

Я думаю, хватит родиться.

[А родиться как бы, и уже москвич, да?]

Думаю, да.

[А вот смотри, а когда ты, например, там, в школе учился, у вас были приезжие в классе? Ну, прям, ну, как бы вы различали приезжий или, там, или нет?]

В плане «различали»?

[Ну, вот, типа, вот этот вот — местный, а этот, там, — приезжий. Ну, знали вообще, вот, знали?]

[А, ну, вообще. Ну, кто в классе — да.]

[Их знали, да?]

Кто? Ну, ну, само собой. Как их не знать-то.

[Не знаю. Может быть, может, вообще без разницы.]

Ну, не, ну, почему, если там кто-то приходил, допустим, уже не с первого класса, соответственно, откуда-то они же приезжали.

[Ага. Ну, как бы, а к ним не менялось отношение при этом? Нормальное?]

Ну, вроде бы какая разница.

[Какая разница… Ну, мало ли, всякое, всякое? А только русские были? Ну, славянские люди или, там, ну, какие-нибудь, там, я не знаю, жители Средней Азии, не были там таких?]

Ну, нет. Были там пару у нас.

[И, и с ними тоже дружили? Или, ну, как?]

Ну, ну, все общались.

[Не было такого, что там кто-то, типа, там «ты — узбек и иди…»? Не?]

Да, да нет в принципе.

Архиерейский пруд. Краснобогатырская улица. Недостроенная больница

[Нет? Слушай, а, ну, как бы есть такое, вроде бы есть такая история о том, что на Халтуринской какие-то дома построены не на очень хорошем месте? Ты не знаешь?]

Не в курсе.

[На кладбище или ещё там что-нибудь? Нет?]

Я в первый раз слышу от вас такое.

[Ну, типа, вот, на, на берегу этого канала, который…]

Ну, был Архиерейский пруд который.

[Да. Нет? Ничего про такое?]

В первый раз слышу сейчас.

[Смеется.]

Реально?

[Ну, может, что-то типа. Ну, я не знаю, есть такие истории, что там было кладбище. И на кладбище построены дома.]

Не, я даже, я, вот, чего не в курсе — того не в курсе.

[Прикольно. А это называется Архиерейский пруд?]

Да.

[Это его настоящее название?]

Ну, наверное. Я вот так знаю всё детство.

[В детстве, да. Ну, а смотри, а вот здесь, например, было, ну, были какие-то места, куда, там, типа, разрешали гулять, а куда-то не разрешали уходить? Ну, типа, туда не ходите, там.]

Не, ну, как, когда маленькие были…

[Да.]

Ну, это постоянно — «далеко не уходи» и всё. А так, таких не было. Чтоб именно сюда можно, а сюда нельзя — такого у меня не было. То есть, ну, как: недалеко от дома. И всё.

[А по каким-нибудь заброшкам не ходили с товарищами?]

Ну, мы ходили.

[А?]

А у нас одна здесь была только.

[Где?]

На Преображенке возле парка. Где сейчас дом стоит.

[Какой? Так, смотри. Давай, вот, вот мы будем сейчас рисовать [Рисует.]

[Смеется.]

[Вот у нас Преображенка. Это, значит, это — Краснобогатырская, да? Ну, вот эта вот. Вот это Преображенка, раз — выход, вот здесь метро. И где?]

Ну, вот здесь где-то [Показывает на рисунке.]

[Там жилой дом?]

Ну, сейчас — да. Но, как я понимаю, он ещё не сдан.

[Ну, что-то я не помню там такого дома. А подожди…]

Красный. Он сейчас такой красный, серый, что-то там такое.

[Красно-серый?]

Да.

[И там что было?]

Там заброшенное здание.

[А чего? Ну, не знаешь почему?]

Ну, как я помню, что это была недостроенная больница. То ли глазная, то ли ещё чего-то. Но там на самом деле тоже как-то много кто что говорил про неё. Что там на самом деле должно было быть — не в курсе.

[А что ещё говорили, больница, а ещё что?]

А вот я не помню.

[Ну, ты, ну, как бы ты знал, что там, типа, там должна быть больница?]

Ну, да.

[И что вы там делали?]

Ничего. Просто ходили, лазили.

[Играли? Или что в смысле? Просто?]

Ну, да. Ну, просто походили, побегали и всё. Интересно же, что было там внутри.

[А что там было, кстати? Граффити какие-нибудь были или там ещё что-нибудь изрисовано? Или…]

Ну, не помню. Но граффити по-любому были. А так — всё просто поломано, побито и всё.

[Ну, там не было каких-то притонов бомжей, например?]

Не встречал.

[Не было, да?]

Я там был раза два и всё.

[А то есть это не постоянно были вы?]

Нет, конечно.

[Там сходили однажды, да?]

Ну, да.

[Посмотрели и всё?]

Посмотрели и всё. Хватит.

[А… Прикольно.]

Собак много было — вот это да. Это я помню.

[Там?]

Да.

[Там много собак?]

Ну, конечно, заброшенная территория. И там собак дофига было. И всё. А так — больше ничего такого не было.

[Что-то не могу, вот, припомнить, где этот дом.]

Ну, получается… шнырять как бы. [пауза] Ну, если смотреть…

[на Большую Черкизовскую]

Так, где у нас метро, вот метро…

[Да.]

То вот как раз этот дом — три.

[А, это Краснобогатырская, 3 получается?]

Получается. Но либо это Малая, скорее всего, это Малая Черкизовская, дом 3.

[А вот Знаменская, да?]

Да.

Черкизовский рынок. Станция метро »Щёлковская»

[Ой, можно я напишу Малая Черкизовская или это Краснобо… [пишет:] Чер-ки-зов-ская. Слушай, а ты, вот, кстати, не помнишь, когда на Черкизовской этот рынок был?]

Помню.

[Ну, и как? Что ты как бы, какая репутация у местечка была?]

Какая? Ну, никакая. До хрена народу. Все с сумками, приезжих куча с этими сумками. И толкучка везде была.

[А как бы на Преображенку это тоже заходила, вот, толпа?]

Ну, да. Потому что там все ехали кто на Черкизовский, кто на Преображенку, кто на Щёлковскую. И толпа была везде, особенно в метро. Ну, сейчас нормально.

[Ну, как бы хорошо, что убрали, получается, да?]

Ну, да. Мне наоборот хорошо это. И пробок таких нет, если раньше постоянно едешь — всё возле него стоит что утром, что вечером. Сейчас более-менее нормально.

[Слушай, а ты знаешь какие-нибудь ещё там, какие-нибудь, там… А станцию метро «Щелковская», например, как называют?]

Щелчок.

[Щелчок. А, ну, ещё какие-нибудь такие?]

Не знаю я особо в этих названиях.

[А, понятно. Слушай, а есть, например, что-нибудь что… Ну, какой-нибудь, там, супер, что считается, да, по-твоему, символом Москвы? Памятник, там, какой-нибудь или какое-нибудь место, или ещё что-нибудь?]

Ну, наверное, Красная площадь.

[Красная площадь, да?]

Ну, да. Что ещё, ну?

[Не знаю. А вообще как бы, типа, с Москвой, что ассоциируется? Там это, фильмы или не знаю, что ещё? Песни, музыка, там, все, что угодно. Ну, просто, вот, ассоциации?]

Не знаю. Даже ничего сейчас в голову не идёт.

[Да, я представлю после рабочего дня. Мне бы тоже ничего не шло.]

Ну. Тем более я ещё болею.

[Выздоравливай. Чего ты болеешь-то?]

Да я пытаюсь.

Преображенский район. Центр района. Стела. Бездомные у метро

[Слушай, а это… А были какие-нибудь, ну, как бы есть вообще такие места, где какие-нибудь сходки общественные были? Ну, там какого-нибудь типа, вот, центр района? Вот это вот, там, не знаю что.]

Ты имеешь в виду Преображенку?

[Да.]

Не знаю. Ну, кому как. Ну, я думаю, чего-то было.

[А где вот, например, вы вообще там встречаетесь, если там надо? Ну, там или в детстве как? Когда телефонов не было?]

Ну… А…

[Ну, давай, там, встретимся, я не знаю.]

Это тяжело сказать.

[Где?]

Я не в курсе. Просто у меня телефоны…

[А вот это вот стела… Слушай.]

У нас всегда были.

[А вот это вот стела, которая, вот, стоит на Преображенке. Ну, вот это вот такая вот, какая-то огромная.]

Которая с… Вот с этой стороны?

[Да.]

Ну.

[Но как бы там ничего с ней такого не было связано? Она всегда стоит вот так?]

Ну, не всегда. Она, блин… По-моему, нет, не всегда, и она — не знаю, может, лет… Сейчас соображу. Ну, лет, не знаю, пятнадцать, может, назад.

[То есть не очень давно.]

Ну, как бы, да. Но, по-моему, её раньше не было. Я, вот, по крайней мере не помню. Она, по-моему, появилась, когда сделали вот эти два выхода. Потому что, по-моему, их раньше тоже не было.

[А, да?]

Ну, вот я не знаю. Я… Что-то вот этот момент я, кстати, не помню. Мне почему-то кажется, что нет. Когда вот этот переход они сделали…

[А, ага, и появилась эта стела, да?]

По-моему, да. Что-то, вот, чего-чего — не помню.

[Слушай, а есть, ну, были или сейчас есть какие-нибудь места, где, там, например, тусуются бомжи? Ну, четко там знаешь: там бомжи тусуются?]

Честно сказать, я сейчас много не хожу.

[Вообще не ходишь?]

У меня дом, работа, зал и так какие-нибудь дела. И всё. И я как бы по району… Да нет на самом деле, ну…

[Ну, вообще маргиналов много, заметно в районе? Ну, вот как бы, как, вот, ощущается? Много там таких, вот, людей, которые живут там?..]

Ну, да вроде нет.

[У вас в подъездах, например, не ночуют, там?]

Нет. В подъездах уже давно не ночуют, как домофоны эти стоят. Как они войдут-то? Это редко. А так, по-моему, ничего нет такого.

[А вот…]

По крайней мере, я не помню. Так вот с ходу не могу сказать. Если раньше, да, можно спокойно было сказать, возле метро их куча была, то сейчас — ну, не знаю.

[Ну, то есть раньше было? Куча возле метро?]

Ну, да. Ну, сейчас, по-моему, нет. Ну, по крайней мере, я не замечаю их такое количество.

[А вот, смотри…]

[А нет, кстати. У метро есть!

[Есть?]

Да. Вот у этого входа. Да, по-моему, вот этот вход. Ну, там бойлерка стоит, и они там часто, кстати, сидят.

[А что такое «бойлерка»?]

Ну, выход, значит. Точнее там не бойлерная, а выход из метро, который этот воздуховод или что там.

[А вот это вот такая штука?]

Да-да-да.

[Где тепло?]

Да.

[Откуда идёт, да?]

Да.

[А-а. И они там сидят.]

И там — да. Вот там я их видел, когда к метро подъезжал. А так больше, кстати, не помню.

Соседи по дому

[А вот слушай, а с соседями, ну, как бы вы здороваетесь в доме? Вот, вы живёте в доме.]

Ну, да, конечно. Ну, мы почти всех там знаем.

[Всех знаете, да?]

Ну, как бы кто постоянно живёт — да. Сейчас, конечно, много сменилось, а так в основном большую часть знаю.

[А ты не помнишь в детстве были какие-нибудь, там, ну, не знаю, бабушка, там, дружила с кем-нибудь или вообще общалась? Или были ли… Именно с соседскими, из дома?]

Ну, да. Она до сих пор общается.

[А там у них не было какого-то, не знаю, сидеть на лавочке, там, в карты играть, в домино?]

Это, по-моему, у всех было.

[У всех?]

Только, только это, я бы сказал, не у бабушки, а у прабабушки. Бабушка особо этим не любила заниматься, в основном не сидела.

[А прабабушка?]

А прабабушка часто сидела. Ну, как, часто, я даже скажу: постоянно, каждый день.

[На лавочке?]

Ну, да. Они сразу там, сколько там, три человека помещаются, и как идёшь из школы — все сидят. Каждая лавочка забита. [Смеются.]

[Бабулечками.]

Ну, да. Но там, там сейчас редко, по-моему.

[Ну, а сейчас в принципе даже не только твоя, но и других тоже мало, да?]

Да. Сейчас даже, да.

[Сидящих на, на…]

То есть, ну, не, ну как? Может, кто-нибудь, кто идёт, там, по улице куда-то…

[Ну, да.]

Отдохнуть присядет — и всё. Так как они, постоянно — нет уже, такого нет.

[Ну, а вообще из дома друг к другу в гости, там, ходят? Ну, вы раньше ходили? Ну, вот, прям друзья, вот, в вашем доме у бабушки, там, или у тебя есть?]

Не, ну, у меня, допустим, сейчас нет. Когда я маленький был, да, у меня был друг, он жил выше этажом. Да. Ну, понятное дело, мы ходили друг к другу. Бабушка вроде тоже к кому-то там заходит, к соседям заходит.

[А нет таких чуваков, вот, просто, вот, в вашем, например, подъезде, которые, там, не знаю, выкручивают лампочки, писают в лифте или рисуют в лифте? Ну, или все достаточно чисто?]

Нет… Я живу на втором этаже. Я лифтом не пользуюсь.

[Блин. Хорошо.]

Не, один раз я как-то его увидел, там был ужас.

[Ну, всё-таки кто-то да…]

Ну, кто-то, видимо, да. То есть, а как чего, кто — я не знаю. Лампочки — вроде нет, нормально, все на месте.

[Но при этом, ну, как бы, что ты говоришь, что бомжи не заходят?]

Ну, это кто-то…

[Понятно, что это просто свои, да?]

Ну, да. Кто-то из таких.

[А есть какое-нибудь домоуправление?]

[посторонний голос: Чао. — До свидания.]

Домоуправление?

[Ну, в смысле какая-то такая общественная организация, там, я не знаю, внутри дома?]

Не, ну, в теории это должно быть. На практике-то не знаю.

[Ну, как бы ты не замечал следов их деятельности. Там, дорогие наши соседи, давайте сегодня отпразднуем Новый год. Я не знаю. Поздравляем вас с Новым годом…]

Ну, нет. Нет-нет, вообще.

[Не пишут объявления всякие там, типа?]

Ну, не замечал, честно говоря, кстати. Может, какие-то бумажки и висят.

[Но ты их не читаешь?]

При входе. Не-а.

Районы с плохой репутацией. Гольяново

[А вообще слушай, а вот, ну, как бы ты же… Хорошо, если ты, там, не ходишь по району, ты ходишь по Москве всё равно. Или, там, живёшь. А есть какие-то, ты знаешь какие-нибудь районы, которые, там, с плохой репутацией? Ну, не знаю, туда нельзя ходить. Или там, наоборот, с какой-нибудь, там, я не знаю: Останкино построено, там, я не знаю, как.]

Ну, в плане — «с плохой репутацией»? Тоже…

[Ну, вообще с любой, какой-нибудь.]

Ну, по своему опыту я ничего не могу сказать как бы. Так, по слухам, не знаю, почему-то все говорят так же про Гольяново. То, что он — самый бандитоопасный район. А так, ну, мне как-то всё равно, у меня всё одинаково. То есть у меня нигде никаких не было проблем.

[Происшествий, да?]

Происшествий, да. То есть в принципе всё нормально.

Церкви

[А вот, смотри, тут, ну, достаточно у вас много церквей вокруг? Ты не замечал?]

[Считает.] Раз, два. Ну, я три знаю.

[Они функционировали всегда? Именно эти?]

Одна — на Преображенке, её недавно построили, а остальные… Ну, на Богородской и как к Черкизовской ехать — да, вроде всегда были.

[Всегда функционировали, да?]

Ну…

[Ну, при твоей памяти, да?]

Ну, да. Они и старые уже такие довольно-таки.

[Ага, понятно. А если, например, где-то, если ты встречаешься с кем-нибудь в центре, есть какие-нибудь такие главные места…]

Да, нет.

[…стрелок?]

Нет.

Слухи о «второй» линии метро

[А какие-нибудь легенды о второй линии метро ты случайно не слышал?]

Это…

[Что?]

Всё я слышал. Я знаю, что она есть.

[Ну, слышал… В смысле — есть?]

Ну, в прямом. Есть ветки метро, которые даже уходят за Москву. Все это прекрасно знают. Вот, то есть там, ну, это не легенды.

[Не, ну, в смысле…]

Это правда.

[А легенды: почему, там, они построены? Вот кто их строил ещё? Сталин, там, я не знаю. Или уже, там, при Хрущёве ещё что-то построили?]

Честно говоря, не помню, но, по-моему, это, как мне говорили, это было ещё при Сталине сделано. По крайней мере, из Кремля, по-моему, это при нём было сделано. Ну, там так же, как линия есть на Рублёвке… Я не помню, где дача была Сталина. Оттуда же метро тоже ветка есть. Это было при нём, а дальше я, вот, на самом деле не помню.

[Ну, то есть ещё при нём, в общем, было?]

Ну, да. Ну, вот, как я знаю. А там кто знает…

[А ещё было, например, так, что, там, я не знаю, на одном месте был магазин, а потом там, я не знаю, построили школу? Ну, как бы вот уже в твоё время в районе что-то поменялось? Там, не знаю, вот этот вот, вот эту штуку, которую построили, мне кажется, не очень давно. Стеклянная такая, тоже вот здесь вот, такая башня.]

Что такое стеклянную? А, ну, это бизнес-центр [бизнес-центр «Прео-8», адрес: Преображенская пл., 8].

[Бизнес-центр, да.]

Я, кстати, не помню, что там было до него.

[Что-то было, но как бы не это… Ну, и вообще какие-нибудь такие много…]

Что-то мне даже стало интересно.

[Что там было, да? Не помнишь? И там, собственно, напротив вот эта новая церковь [Храм Преображения Господня на Преображенской площади, 9А], про которую говорили, да?]

Да-да-да.

[Вот эта белая, да? Она — напротив. А на её месте что было? Тоже не знаешь как бы? Просто место?]

Ну, она, как я знаю, она была разрушена во время то ли войны… Я не помню, уже когда, там. Она была, там, стояла сколько-то лет назад, вот, а так потом всё время, по-моему, сколько я помню, там то ли просто крест стоял, то ли ещё что-то. Я так не помню уже. А что ещё из такого прям глобального…? Я даже так на память не скажу, что было построено. То, что магазины меняют один за другим — это, по-моему, ничего такого в этом нет особенного.

[Ну, да.]

Ну, чего реально-то там было?

[Ну, я не знаю.]

Я теперь озадачился.

Преображенский рынок

[Да [смеется]. Слушай, а какие-нибудь, там, ну, вот помимо Черкизона, были ещё какие-нибудь торговые точки, куда, там, все ходят? Не знаю, там, привозят мясо, например, по воскресеньям или, там…]

Это я не знаю.

[Не знаю, за молочкой? А где рынок у вас?]

На Преображенке.

[Хорошо. Где? Ну, вот смотри.]

На… Ну, получается вот здесь.

[Вот здесь. Там, где, вот, ещё одна церковь. Нет?]

А, да, кстати. Точно. Она же там есть, да.

[Красненькая такая, да? Вот здесь вот. И туда все ходят за, за едой?]

Ну, не знаю, как все, но люди ходят, да.

[Ну, обычно, да.]

Как на рынок.

[Ну, в смысле, а он тоже всегда существовал, этот рынок, да?]

Ну, сколько я себя помню, да.

[А он никак не называется? Просто «рынок» и все?]

Ну, да. Преображенский рынок, даже остановка такая.

[Ну, это да. Ну, мало ли, может быть, не знаю, что.]

Ну, если я вспомню. [Смеется.]

Кладбище

[А кладбище в округе — ну, как бы ты знаешь, где они расположены?]

Ну, там же одно кладбище есть. И одно кладбище — как от Преображенки сюда ехать.

[А у вас там кто-нибудь похоронен?]

Нет. У нас…, это, здесь никого нету.

[Ну, вы вообще не ходите на кладбище.]

Не, ну, на эти нет.

[Нет. Потому что, собственно, никого там нет.]

Ну, да. Зачем на него ходить?

[Я не знаю, может быть, там есть какая-нибудь, там, тайная могила? Или вы, там, в детстве ходили?]

Ну, да, у нас ещё с головой пока все нормально.

[Ну, почему? Дети и сейчас ходят на кладбище, это, в детстве…]

В детстве?

[Да-да, конечно, ходят. Именно. Дети что только не делают, между прочим.]

Ну, не знаю.

[Ну, да. А вот во что вы играли, ты помнишь, в детстве? Ну, во дворе. Во что? Какую-нибудь игру, там, я не знаю? В прятки?]

Ну, баскетбол, футбол какой-нибудь. Ролики, там, велосипеды. А так, что-то такого, вот, прям…

[Не знаю, в прятки не играли? Или, там, не знаю, в какую-нибудь… Считались, там, в какую-нибудь, как это называется?]

Считалочки.

Считалочки, там, я не знаю, да… Около…]

Я… Вот этого я уже не помню.

[Ну, что такой старый что ль, ничего не помнишь?]

Нет. Ну, баскетбол я помню что-то такое, а такие… Ну, может, были какие-нибудь разовые и всё.

[В детстве. Нет, ну, а такого… Я, вот, помню в детстве мы в казаки-разбойники играли.]

Нет. Не играли.

[Не играли?]

Здесь точно не играли. На даче, я помню, пару раз играли, а здесь нет.

[Ну, просто выходили во двор и вот уже такие прямо?]

Да. И всё.

[Футбол, баскетбол, спортивные чуваки. А ты различаешь как-то дома по постройке? Например, идёшь и видишь, что, вот, например, хрущёвка, а вот это там…]

Я в этом не разбираюсь. У меня «пятиэтажка» и «девятиэтажка».

[А вот так, да?]

Ну, да. Ну, не знаю, я как бы…

[Ну, а если ты приходишь в квартиру?]

Я как бы не вдавался в это. Да, какая мне разница, по сути.

[Нет, ну, просто как бы понимаешь или нет вот эти архитектурные штуки?]

Нет, не понимаю.

[А ты в какой живешь квартире?]

В девятиэтажке. [Смеются.]

[Класс! Не, ну, в смысле квартиры, а мне как бы, там, не знаю, если там кухня три метра, значит это, там, хрущёвка, я не знаю. Если огромная кухня и высокие потолки — это сталинка. Нет?]

Не. Ну, сталинку — да, я знаю то, что там потолки высокие. Это, вот это я знаю, а остальные не знаю. Мне не надо. Дом — он и в Африке дом, по сути-то.

[А вот как раз напротив вот этой вот, ну, вот этой вот церкви и этого рынка, вот здесь вот, знаешь, такое есть, такое большое пространство. Сейчас там дома, куча, вот, домов закрыта.]

Ну, да.

[Да. Ты, не знаешь, какого они времени и как они вообще называются?]

Нет.

[Ну, вообще это эпохи НЭПа. Двадцатые — тридцатые, это такой…]

Да ладно.

[Да. Это такой архитектурный уголок крутой. Там очень классно погулять. Там внутри дом. Ну, вот здесь вот. Ну, в смысле вот так.]

Ну, это я помню. И они его как-то там, типа, треугольником, по-моему, стоят, и ещё внутри дома, по-моему, там стоят.

[Да-да.]

Я вот…

[Это этот, это двадцатые — тридцатые.]

Ни фига себе.

[Ну, это дома эпохи…]

Ну, я и не знал.

[Эпохи НЭПа. Ну, и там большая территория. Там уже кучу их расселили. Ну, просто ты можешь погулять. Там какого-нибудь спросить.]

Ну, там дальше я знаю.

[Да, дальше, дальше, дальше.]

[M:] Идут дальше трамвайные пути, там такие же дома стоят.

[Да.]

И тоже всё закрыто.

[Всё закрыто.]

Это я знаю, да.

[Это вот эпохи НЭПа дома. Прикольные. Там просто на архитектуру посмотреть, там очень интересно. Там разные окна, одни такие узенькие, другие, там, широкие. Ну, они ещё как-то очень, это конструктивизм собственно. Первые пятилетия…]

Я даже не знал.

[Здорово погулять, да. Вот, сейчас спрошу… А каких-нибудь сталкеров, ну, как бы сам не участвовал в таких, в таких сталкерских движениях?]

Нет. На самом деле сколько хотелось где-нибудь полазить, но так мне не удавалось этого сделать.

[А друзья — не было?]

Не, из таких…

[Чтобы кто-то из друзей?]

Никто не был.

Реновация

[А как ты, ну, как бы, как ты относишься вообще, кстати, к тому, что, там, например, всякие программы реновации? Тебе хочется сохранять старые? Ну, там, старую Москву. Ну, вообще, вот есть какая-то такая ностальгия, не знаю, по тому, что было так, а становится иначе или ещё что-нибудь?]

Что понять «реновация»? Это, под жилье, если иметь в виду переселение и так далее или как?

[Ну, вообще, когда облик Москвы меняется, да, например? Ну, тебе нравятся, я не знаю, маленькие пятиэтажки, и ты бы не хотел, чтобы были тут небоскребы? Или как бы тебе без разницы? Тебе кажется, что это все хорошо.]

На самом деле здесь мне без разницы. Потому что как таковой здесь архитектуры я не вижу. Допустим, если, вот, взять в пример какую-нибудь Прагу — там да. Там идёшь и там всё, как архитектура, весь город.

[Ну, да.]

Вот, а у нас как бы, ну, стоят однотипные дома и всё. То есть, ну, я не беру, там, центр, где, там, двух-, трехэтажные домики ещё стоят. Это ещё ладно, допустим, можно оставить. А как пятиэтажки, я считаю, ну, да. А зачем они? Можно намного больше заселить. То есть их сохранять я не вижу смысла.

[А вот как раз, а в центре Москвы у тебя есть какие-нибудь любимые места? Ну, вот, прям где ты, вот, ты считаешь, что вот это моя Москва, я люблю там гулять, там, я не знаю, часто ездишь туда?]

Центр Москвы. Прогулки в центре

Ну, честно говоря, я в центре давно не был, вот так именно вот гулять. Когда я в школе учился, мы каждый выходной почему-то ездили именно гулять в центр. Сейчас я уже ничего даже не помню, как там, где находится. [Смеются.]

[Есть…]

Я помню только путь, наверное, от Чистых прудов и до Красной площади. Всё. А так…

[Пешком, да?]

Ну, да.

[В смысле…]

А как ещё? Вот, а так каких-то любимых мест — да нет, наверное.

[Ну, а как? Ну, то есть как бы ты не ощущаешь, что это твой город родной? Ну, ощущаешь же, значит, у тебя должны быть какие-нибудь там. Ну, вот хорошо. Если к тебе я, я, такая, я же не местная, предположим говорю: «Саша, пойдём покажешь мне самые клёвые места Москвы». Ну, самое интересное.]

Красная площадь.

[Красная площадь.]

Ну, как это, это обычно.

[А я, такая, я здесь была на прошлых выходных там.] [Смеются.]

Ну, не знаю, так просто погулять по центру. Так, как таковых мест нету, можно также ехать где-то, что-то увидеть красивое. А можно…

[То есть получается, что ты в Москву выезжаешь редко? Ну, как бы в Москву в центр?]

Ну, именно гулять — да.

[Ну, а по делам? Там, не знаю.]

Ну, по делам я могу проехать чего-то мимо и особо даже не посмотреть. Так что, тут сосредоточен на дороге как-никак.

[А вообще, кстати, в школе, вот, в детстве, помнишь? Вы часто выезжали в Москву?]

С классом?

[Ну, не… Ну, вообще, ну, не знаю. Как твоя жизнь проходила? В основном в районе, там, и в Медведково, там, я не знаю?]

Нет почему? Когда в школе учился — ездили часто, да, в центр. По паркам по всем, вот, гуляли. Когда там…

[С родителями или с классом?]

Нет. Ну, и с родителями, и с друзьями. С классом я уже, особо-то нас так… Редко ездили. Были какие-то там, как бы… День здоровья, там какая-нибудь экскурсия и все. Вот, а так сами ездили, да.

[А с друзьями как бы вы часто ездили?]

Ну, да. Мы ездили, могли также, вот, говорю, просто на Чистых прудах, могли на Охотном ряду, ещё где-нибудь. Просто мы выходим, гуляем и всё. И обратно идём домой. Так же и с родителями.

[А как это называется: «поехать в центр», поехать как? Куда? Или в Москву прям?]

В центр.

[Поехать в центр?]

Ну, да.

[Ну, Преображенка — как бы тоже Москва.]

Ну, как бы да.

[А другие районы вообще. Ну, не знаю, давно ли ты бывал на Черкизоне?]

А чего там делать?

[Или, там, на Щелчке?]

Ну, я как бы просто, просто так смысла ездить я туда не вижу.

[Ну, то есть как бы всю Москву, ну, вот, если ты приедешь, ты плохо будешь ориентироваться в чужом районе?]

Ну, это само собой, да. Хотя карта сейчас есть, нормально.

[Нет. Ну, что ты мне рассказываешь про карты, я вообще говорю как бы так, вот. То есть не особо здесь.]

Не. Ну, понятно, да.

[А есть, вот те районы, когда про… Ну, вот ты представляешь, что ты вот там вот, например, на Западе Москвы вообще никогда не был?]

Ну, да, конечно. Ну, я думаю таких много районов.

[Ну, примерно? Скажи, там парочку перечисли, куда ты вообще никогда не выезжал? Так…] [Смеется.]

Ну, да.

[Зачем тебе карта?]

Ну, а как я так сказать могу. Не знаю. Там, сказать проще, куда я ездил, чем не ездил.

[Ну, так, парочку просто.]

Ну, я знаю, вот, допустим, в районе Дмитровки, я вообще как бы ничего не знаю. Что ещё? Фили, вот этот район, я не особо знаю, вообще, можно сказать, не знаю.

[Ну, а ты ездил, например, просто, когда там построилась Москва-Сити, просто посмотреть, что это такое?]

Ну, так…

[Не было такого интереса?]

Нет. Просто остановились, по-моему, на Трёшке, посмотрели и поехали дальше. А так — не… Ну, какие-нибудь эти Тёплый Стан, Коньково, Черёмушки — я вообще здесь не знаю ничего.

[А, ну, а бывал там просто?]

Наверное… По-моему, может, и не был. Не знаю, честно так сказать, где был, где не был. То есть, может быть, проездом где-то, да, и был, а вот именно целенаправленно — вряд ли.

[Ну, а например, что-нибудь знаешь, например, о Бутовском лесопарке? Есть какие-нибудь там, слышал какие-то истории?]

Бутовский маньяк?

[Ну, не знаю.]

А не, это Битцевский.

[Не, нет-нет. Битцевский? В смысле? Вот, вот здесь, например.]

Нет, не знаю.

[Ну, ладно. Про маньяка же ты начал говорить.]

А, это Битцевский. Ну, правильно, это, вот, Битцевский.

[А наоборот. Битцевский.]

Битцевский. А вот Бутовский там.

[А в Битцевском там есть маньяк?]

Ну, который был.

[Когда был?]

Не знаю. В две, две тысячи каком-то что ли или в девяносто каком-то. Не знаю.

[Ну, это в смысле из новостей?]

Ну, да.

[Да?]

А так…

[Ну, а что-нибудь, там, какие-нибудь… Бутово, а где, извините…]

Ну, это понятное дело, это песня была.

[Какая песня?]

Ноггано.

[А?]

Ноггано.

[Кто такой Ноггано? Я не знаю. Вот, честно, я знаю только строку.]

Ну, это рэпер.

[А! И собственно, из этой, из этой песни строчки, да?]

Ну, да.

[Ну, не знаю, типа, вот там какие-нибудь, там, странные, да, места. А про это, вот, ну, есть какие-нибудь, Битцевский, там, лес, да, и про маньяка. А в этот лес вы ходите, который тут вот?]

Честно говоря, я в нём был, наверное…

Лосиный остров. Шашлыки

[Как он называется? Я забыла.]

Лосиноостровский

[Лосиный остров, да?]

Да. Лосиный Остров. Я там был, наверное, один раз. И то, вот, где трамвайные пути поворачивают — я там зашёл, мы что-то прошлись чуть-чуть. И всё. Развернулись, обратно пошли. То есть так я в нём особо-то и не был. И пару раз как-то на шашлыки заезжали и то, грубо говоря, на окраине просто. А так…

[А так куда на шашлыки ходят?]

[На пруд.]

[На какой пруд?]

Архиерейский.

[А-а, там можно жарить шашлыки?]

Ну, да. Все жарят.

[Да?]

Да.

[Ну, то есть это такая территория отдыха или что?]

Ну, я бы сказал, да. Летом в выходной день там народу дофига. А так, больше здесь негде.

[Ну, это, вот, который напротив, в общем, там церковь и дом…]

Ну, да-да-да.

[…творчества, да, какой-то там?]

Да-да-да. Вот именно напротив Дома творчества там все на полянках сидят летом. И жарятся. По-моему, так.

[А вообще, а ещё куда-нибудь? А больше негде, ты сказал. Только эта, это территория досуга, так сказать.]

Ну, если…

[В Преображенке.]

Преображенка. Ну, я думаю, да. Лосиный Остров, пруд и в принципе всё. Ну, по крайней мере, то, что я знаю, да.

[А как хорошо вообще ты знаешь район? Ну, вот, как бы в своём прям? Хорошо ориентируешься? Карта не нужна ходить?]

Нет. Ну, смотря для чего? То есть если мне назвать какую-то улицу, я могу её не знать. То есть я могу даже, допустим, быть на ней, я могу там ориентироваться, но именно названия я могу не знать.

[А-а!]

То есть у меня есть такое.

[Так, да?]

Да. Я могу просто, ну, если он скажет…

[Ну, там человек идёт, скажет: а где там улица, я не знаю.]

Да. Я могу ему не ответить. Если он мне скажет, что там — вот, тогда я могу ещё хоть как-то понять. И ну, если я знаю, объяснить.

[Ага. А какие основные ориентиры, я не знаю там: поликлиника, там, не знаю. Церковь, там?]

Магазины в Преображенском районе. Торговые центры

Ну, я думаю, можно сначала начать с какого-нибудь магазина.

[А какие здесь есть магазины, вот, там, ориентиры-магазины?]

Не знаю, если есть какой-нибудь большой магазин, можно тогда сориентироваться.

31.40 — 31.50 [С. говорит с коллегой]

[В смысле? А разве есть, кстати? Вот, мне кажется, что нету на Преображенке больших магазинов.]

Ну, почему, можно в принципе «Биллу» к нему отнести.

[А она где находится? Ни разу не видела «Биллу».]

Как от метро ехать, там влево в середине. Потом, не знаю, но тут же есть «Копейка» большая, вот здесь где-то на…, не знаю, как объяснить. В районе, наверное, уже ближе к Подбелке, вот. Те же «Подсолнухи».

[То есть по магазинам больше как-то, да?]

Ну, ну, думаю, да. Ну, может, ещё по каким-то, там, я не знаю.

[А вот в какой-нибудь торговый центр? Ну, который, если тебе надо поехать за покупками, ты куда поедешь? Ну, какой ты обычно используешь? Ну, не знаю, там, «Тройку» вот эту вот или там?]

Ну, смотря для чего торговый центр. Покупки какие?

[Ну, какие-нибудь.]

Покупки могут быть разные.

[Ну, не знаю, вещи, там, покупают.]

За вещами, я не знаю. Поеду в какой-нибудь, наверное, большой торговый центр. Допустим я был…, мне понравился, да, «Аэропарк» [имеется в виду ТЦ «Авиапарк», Ходынский бул., 4]. Вот, то есть там и народу как бы немного, там всё сделано грамотно.

[«Аэропарк» — это где?]

«Аэропорт».

[А-а, так далеко? Ну, ты же снима…]

Почему? Так здесь ехать недалеко.

[Недалеко?]

Ну, здесь, если пробок нет, можно за пятнадцать-двадцать минут доехать.

[По Трёшке?]

За полчаса спокойно, если ехать, да.

[По Трёшке, да?]

Да.

[Или нет?]

[Да.

[Да?]

Ну, а потому что смысл? В «Тройку» [Верхняя Красносельская ул., 3А] можно поехать, но опять же я говорю: смотря, что нужно. То есть в «Тройке» просто небольшой выбор. Там можно всё купить. Но это, если за одеждой ехать.

Салюты

[А слушай, а, вот, салюты в детстве. Ну, сейчас-то понятно — все пускают. А раньше, вот, ты помнишь в детстве, например?]

Да, конечно.

[На 9 Мая.]

А в этом плане. Я думал какой-то новогодний…

[Ну, или новогодний. Ну, нет в смысле…]

Новогодний, это понятное дело.

[Нет. Ну, это вы пускаете, а вот какой-нибудь большой салют там, чтоб посмотреть. Были какие-нибудь места?]

Да. Были. Мы ездили, по-моему, в «Сокольники», в лесу. Ну, да в «Сокольники». А так из окна обычно смотрели и всё.

[А на дачу вы, кстати, ездили?]

Ну, да, конечно.

[Выезжали? А вот, когда начинается дачный сезон, так сказать? Ну, когда, вот, у тебя там бабушка, не знаю, выезжает на дачу?]

Бабушка?

[Например.]

Ну, ты имеешь в виду вообще жить или это просто там начинают ездить?

[Ну, всякие…]

Ну, ездить, я думаю, где-то с мая.

[А жить? Ну, она туда и жить же уезжает?]

А нет. Наверное, и раньше. Может, с апреля, наверное, начинает. А жить уже… Ну, когда как. По-моему, в мае где-то. С середины, может, там. Начало майских. Ну, как, не знаю, даже.

[Ну, а вот в детстве вся семья туда уезжала? Ну, как бы тебя, тебя на дачу отправляли?]

Ну, да. Либо на дачу, либо в деревню.

[А в деревню куда?]

В Калужскую область.

[Ну, а кто у тебя в Калужской области?]

Родственники у нас там. Ну, например, двоюродный брат у меня там.

О семье собеседника

[Ну, всё-таки получается, всё-таки, что родители, не родители, что там, или это отсюда они уехали туда?]

Ну, нет. Ну, это просто, ну, они там и жили. То есть они же, ну, как не родные, там, брат и сестра. Ещё кто…

[Нет. Они чьи-то родные. Там, у бабушки или ещё что-нибудь такое. То есть как бы семейной истории нету? Ты не знаешь, например, там, я не знаю, из казаков, может быть, или, там, старообрядцы, или там ещё что-то в этом роде? Какие-то такие смешные семейные истории, которые любят рассказывать?]

Ну, смешных нету.

[Ну, не смешные, просто интересные.]

Ну, так я не знаю, как или не помню. Сейчас. Секунду.

[Пауза.]

Всё, можно.

[На чём мы остановились?]

Истории.

[Да. Семейные.]

Так, что там интересного-то?

[Не. Ну, в смысле, вот происхождение, например или там?]

Ну, у бабушки, вот, по отцовской линии, у них, как я знаю, там кто-то, что-то связанное было с какими-то тоже там…

[С чем?]

Я запутался.

[Саша…]

Связать слова. Ща. Ну, у них какой-то. Кто они были-то — я не могу вспомнить. По-моему, у неё то ли с какими-то военными там, с какими-то такими чинами неслабыми они были. Потому что я помню по фотографиям, там они все эти, в форме в такой, со всякими этими висючками и так далее. Потом, вот.

[А история об участии, например в Великой Отечественной войне, нет таких?]

А нет. Вот с этим…

[Никто не был?]

Нет. У…, как раз у этой же бабушки, у неё, по-моему, брат. Вот как раз он погиб на войне. Вот, а по маминой линии никого не было, никто не участвовал. По крайней мере, ну, я вот, не знаю, то есть. Близких, там, у дедушки или так далее — они точно никто не участвовал. Вот.

[А там раскулачивание или, там, репрессии какие-то?]

Вот, вот как раз-таки, вот, бабушка Марина, вот этих, кто были. Их там что-то с этим всё было завязано. Я просто, честно говоря, уже не помню особо. То есть что-то было такое. Даже я знаю, что они жили, тогда у них был частный дом на Бауманской. Вот это я точно помню. И всё. И потом их оттуда того, и они переехали в Медведково. Вот.

[Это со стороны мамы?]

Это со стороны папы.

[Папы.]

Да. Вот, а с мамой, кстати, там надо это поинтересоваться. Я чего-то…

[Ну, они там, я не знаю, из рабочих или из дворян? Ну, есть, если у вас такая долгая история, что вы…]

Ну, вот как раз-таки, по-моему, по маминой линии, наверное, я бы сказал больше… По крайней мере, я… Ну, вот, если я ничего такого не слышал, наверное, больше к рабочему классу. А вот как раз-таки по отцовской линии, там, наверное, больше к дворянам относились. Судя по фотографиям и по всему вот такому.

[Короче, ты не знаешь историю семьи. Мы выяснили.]

Ну, да. Как-то я плохо. Я сколько всё пытался, на потом всё откладывал это, на потом, на потом, на потом. И так я до этого не доходил ещё. Ну, это время. Это рано или поздно придёт.

[Ну, да. Это, это всегда интересно.]

Потому что у меня отец тоже сначала, тоже как-то особо. Так, ну, как он знал. Может, вот, а потом он начал заниматься всякими этими военными там, интересоваться раскопками и так далее. Сначала неизвестно было, где вот этот дядя был похоронен, там. Ну, как, вот пришло письмо, то, что погиб на фронте, всё. Сейчас он добился, нашёл по всем архивам, по всему. И нашёл место его захоронения. Вот, то есть как бы рано или поздно это всё придёт и узнается.

[Семейная история придёт.]

Ну, да.

Ларьки

[Слушай, а вот это вот всякие ларёчки, которые там общепит, да. Ты, ты вообще пользуешься ими?]

Честно говоря, да. Меня, вот, немного раздражает то, что их убрали. Потому что негде ни купить, ни сигарет, ни водички, ни перекусить, ничего. Особенно… Ладно, здесь, допустим, магазинов полно. А если где-то центр или ещё что-то, там это проблематично сделать. То есть даже если летом куда-то идёшь, попить тяжело найти.

[Ну, есть же всякие, шаурма, вот, например. Там, вот, на…]

Но они как бы тоже не везде есть.

[Ага.]

То есть я не беру. Нет, это я не беру. Я имею в виду, как стояли палаточки там, продавали, там, чипсы, воду, сигареты. Вот я про это, имел в виду. А шаурма — она так и есть, как была. Может, не в таких, конечно, количествах, как раньше.

[А нету, как бы у тебя, например, или вообще, ты не слышал, каких-то предрассудков, типа, нельзя, вот, покупать еду вот в таких вот забегаловках. Потому что, я не знаю, там, она из собачатины?]

Честно говоря, мне на это всё равно. Потому что это же может быть и в любом ресторане: и в дешёвом, и в дорогом. Ты не видишь, как это готовится, а как бы всем известно, ну, то, что может быть всё что угодно, в любом месте. Ну, я к этому отношусь нормально.

[Сейчас ещё что-нибудь у тебя спрошу. Подожди. А вот, ещё хотела спросить. Знаешь, есть ли какие-нибудь, например, ну, как, как бы, какой-нибудь… Ну, вот у вас есть там Преображенка, вот вы знаете, что вот здесь, например, я не знаю, всегда снимают квартиры гастарбайтеры, например. Или ещё что-нибудь. Есть какие-нибудь такие районы прямо? Ну, чувствуется?]

Гастарбайтеры, мигранты

Где снимают гастарбайтеры квартиры?

[Да.]

Ну, сейчас — нет. Раньше были дома. Был один, вот, я знаю точно дом, где именно вот всё было заселено ими. Вот это я знаю. Сейчас этот дом снесли. Так…

[Это который. Который где?]

Да, это как раз-таки около пруда. Где трамвайные пути идут, там пятиэтажка. Там ещё пятиэтажка так стояла, здесь детская поликлиника [Халтуринская, 7А]. И вот в ней постоянно это было. А сейчас я не знаю. Мне кажется, сейчас, по-моему, снимают все, где угодно. В любом подъезде, в любом доме. То есть сейчас такого нет.

[А ты, вот, не замечал, кто там, например, дворники? Тоже, вот у вас, например? Ну, как бы славянской внешности или, наоборот, неславянской?]

Славянской, по-моему, их нету вообще! [Усмехается.] То есть я просто знаю один пример: то что, да, люди даже устроиться со славянской внешностью не могут.

[Серьёзно?]

Да. У моей мамы была какая-то подруга, там у неё муж что-то. Ну, нужно было ему. Я уже не помню точно, в чём предыстория эта. Он пошёл, попытался устроиться. Ему сказали: «Нет, дорогой, иди ищи другое место работы». Типа, ну, не подходишь ты нам и всё. То есть, там, ну…

[Не подходишь в дворники?]

Да. То есть я уже не помню там нюансов, но то, что его не взяли, это стопудовый факт.

[И это, ты думаешь, связано именно с тем, что…]

Ну, я не знаю, с чем это связано. Но я думаю, просто понимают, что русскому придётся платить больше денег.

[А, в этом смысле?]

Ну, да. Вот, а там с чем это связано на самом деле — я не знаю. Это моё чисто. Ну, как бы наше предположение, да.

[Предположение… Ну, как бы ты вообще не видел их в этом спальном районе? А полы, например, кто моет в подъездах? Вообще уборка?]

Они же.

[То есть, ну, тоже, вот…]

Ну, да. По-моему, тоже.

[А ты их различаешь кто? «Они же» — кто, это, там, узбеки, таджики…]

Нет. Я не…

[Ну, а как ты их условно называешь?]

Да, я не знаю, как. Ну, я с ними не особо-то и общаюсь.

[Ну, не знаю, в разговоре, там? Не знаю, вот, со мной. Придумай им название сейчас.]

Ну, пусть будут таджики.

[Таджики?]

Какая разница? Да, они одно и то же, люди по крайней мере.

[Ну, да. Ну, вот мне это интересно.]

Ну, да.

[Ну, а чурки, там, я не знаю? Нет?]

Нет. Чурки — это не то. Это — таджики.

[А чурки?]

Чурки — это можно назвать вон тех же кавказцев и так далее, я считаю. А это другое немного.

[А-а, это другие… чурки.]

Да. Ну, для меня это разные немного вещи.

[Разные вещи. А чурки тогда — они кто? Чем занимаются? Ну, например, в основном?]

Не знаю.

[Ну, таджики, например… Ну, вот, хорошо. У вас смотри, у вас…]

Сейчас, знаешь, как-то сказать, кто чем занимается — тяжело. То есть, вот, если смотреть по годам, они, по-моему, как-то друг друга меняют. То есть сначала одни были, потом они отошли в сторону, пришли другие. И смена уже то ли вторая, то ли третья. Я, вот, не помню уже. В них как-то запутался. А кто и кем сейчас работает дальше — я не в курсе.

[Слушай, а вот здесь на Преображенке есть, вот. Ну, если мы сюда идем, вот это ваше бывшее работа, так, на Халтуринской, да? А вот тут вот. Ну, то есть ровно на Преображенке есть на углу супермаркет. Как он называется, я не знаю. Ну, магазин. Ты не знаешь?]

Который сейчас «Эверест» что ли?

[Да-да.]

А раньше он назывался?

[Вот там вот супермаркет.]

Я в нём был, наверное, один раз.

[Там же неславянской как раз внешности люди его держат.]

Я сейчас не в курсе. Да? А они сейчас кого-то держат? Кто-то держит славянской внешности?

[Магазины ты имеешь в виду?]

Да.

[Вот. И тогда это тоже таджики?]

А, ну, это я думаю…

[Или это чурки как раз?]

Это уже ближе к чуркам относится. Таджиков, ну, по крайней мере, я в магазинах ещё ни разу не видел. Ну, как не…, как продавцы, может быть. Это я бы сказал, что… Не таджики, наверное, а вот их можно отнести к каким-нибудь этим, как их… О, ладно, пусть будут таджики. Я сейчас дольше вспоминать не буду.

[[смеется]. Чеченцы в смысле?]

Нет.

[Нет? Наоборот?]

Не чеченцы. Блин. Ну, кто они там у нас?

[Ну, из Средней Азии?]

Те же казахи. Вот больше вот, наверное,

[А, ну, Средняя Азия.]

Даже не. Не казахи они, а как-то по-другому. Я уже не помню кто.

[Узбеки, казахи.]

Ну, узбеки, наверное, больше.

[Слушай, а ты замечал, вот, что там на некоторых станциях есть такие памятники, которым что-нибудь трут, там, я не знаю, ещё что-то…]

Кстати, нет. А может, и да.

[На «Площади Революции» вот эта вот куча скульптур?]

Честно говоря, я уже метро не помню.

[Не ездишь в метро?]

Ну, сейчас нет.

[На машине?]

Да. Я уже просто из-за этого я не помню. Вот, меня даже сейчас спроси, как проехать до куда-нибудь — я не скажу. А я, а я знаю там, ну, какие-нибудь, не знаю, там, «Комсомольская», может, ещё что-нибудь. Вот, такие, как «Чистые пруды», да. Может быть.

[А подожди. Где ты учился, кстати? Студенческие года?]

На Преображенке.

[Где?]

В школе.

[Нет. Студент.]

Студент… Я вот соображаю. Потом у меня был колледж на… как раз вот здесь вот, на Подбельского. Недалеко. Потом я учился в Новогиреево. А потом опять на Преображенке. То есть как бы всё близко тут было.

[А в Новогиреево есть какая-то, ну, как бы неофициальное название? Так его и называешь — Новогиреево?]

Ну, да. Что-то насчёт Новогиреева неофициальных названий я реально не слышал.

[Ну, как бы, а район вообще как?]

Ну, на самом деле, не знаю. Я там, наверное, недолго учился, и как бы…

[Не особо.]

Да. Я там и под практику попал. То есть я там, наверное, может быть, месяца три-четыре только…

[То есть это высшее образование?]

Высшее я ещё не получил. Я его получаю. Это был колледж у меня.

[Средне-специальное, да?]

Да. Средне-специальное.

[Мне кажется, тоже надо средне-специальное.]

Кому?

[Мне надо. Я просто записала себе, что средне-специальное. Ну, там мужской пол, среднее специальное образование. Никто же не будет писать твое имя. Ты будешь так вот зашифрован, например.]

Ага. А это куда-нибудь пойдёт вообще?

[Ну, мы будем делать базу. Да. Такую базу данных в интернете. Ну, это исследовательские вещи. Это не то, чтобы там что-то, а потом на основе этого писать всякие статьи.]

Нормально.

[Что?]

Я стал звездой.

[Ты помог антропологам, ты помог антропологам.]

Я звездой стал!

[Слушай, я знаешь, что хотела спросить. У тебя бабушка, которая на Преображенке живёт, она в нормальном состоянии? Ну, там не болеет, ничего? Я хочу просто с ней поговорить [Смеется.]

Ну, сейчас благодаря мне, все болеют.

[Не, ну, не прям сейчас!]

А нет…

[Потом, я не знаю, в марте, может быть.]

А, да. Так — да. Нормально. Ну, да.

[Вообще всё с этим, в пролонгированном таком состоянии.]

Ну, да. Может.

[Она на пенсии или нет?]

Да.

[Ну, там, в смысле не только вечером, чтобы я там могла к ней прийти…]

В любое время, я думаю, можно.

[В одиннадцать вечера, дня или, там, не знаю.]

Ну, вот это, я думаю, да.

[А дедушка тоже есть?]

Тоже есть, да.

[И тоже местный же, да?]

Ну, да. Вроде. Как я говорю, вроде все, да.

[Ну, я бы. Ну, прикольно. Я бы с ними провела. Это интересно, когда, понимаешь, разные поколения.]

Ну, не. Ну, это само собой, раньше, разная информация.

[Разная, разная информация, да.]

Ну, да.

[Ну, там просто сейчас-то понятно: праздники, потом какой-нибудь будет январь. Потом как-нибудь я тебе напишу, спросишь у них?]

Ну, да. Конечно.

[Скажешь, у меня есть девочка Надя, можно я к вам ее пришлю? [Смеется.]

Ну, я думаю, она не откажется.

[А потом мы соберём показания. Это как раз интересно, Ну, вот, для тебя, там, это важно, а они сейчас расскажут, что все иначе. Получится, что мы жи… жили вообще]

Разные жизни.

[На разной территории…]

Ну, да.

[Причём. Вот. Ну, я не знаю, как-то не так происходило. А когда, кстати, а когда, вот, ты сам, типа, тебе стали разрешать самому ездить, там, не знаю, в метро? Самому ездить, ходить куда-то там. Ну, типа, вот, с друзьями в Москву?]

Ну, кстати…

[Самостоятельность такая.]

Блин, наверное…

[Ну, что? В школе, не знаю, или где?]

В школе это было, да, ещё. Это, наверное, был класс шестой-седьмой, наверное. Не помню уже. Да, если в девятом классе я уже вовсю сам везде ездил. А так. Ну, да, наверное, класс шестой, я думаю. Сколько там, может, лет тринадцать. Нет. Какой — тринадцать.

[Шестой? Да, двенадцать.]

Ну, лет тринадцать.

[Тринадцать, наверное.]

Ну, да. Где-то вот в этом возрасте я уже ездил.

[А при этом, ну, как бы, а нелегально, вот, вы с друзьями не сваливали там в раннем возрасте? Типа, а пойдёмте, там, я не знаю. А давайте покатаемся на метро, съездим, там, не знаю, в Сокольники?]

Слушай, чего не помню — того не помню.

[Ну, ты вообще был нормальный? Примерным мальчиком, ну, вот там?]

Нет.

[А?]

Нет.

[Что нет?]

Нет, я что-нибудь вечно, мы могли выдумать куда-нибудь уйти — точно могли.

[Ну, например?]

Я просто уже на самом деле в этих годах запутался. Может быть, мы и куда-то ездили. Просто обычно, когда мы, чтоб совсем в маленьком возрасте, были, ну, с нами по-любому кто-то выходил из взрослых. И следил. Так-то убежать мы могли куда-нибудь. Потом нас ходили искали, но это было, вот, на территории где-то дворов. Мы бежали.

[Соседний двор.]

Ну, да. Вот. А так, чтобы уехать. Не, ну, может быть, да. Когда, там, сказали: типа, вот погуляй во дворе. Мы, может, куда-то и могли уйти. Но уже вот это я точно не вспомню. То есть таких как бы не было.

[Ну, вообще какие-нибудь суперслучаи, когда вы нарушили, там, ну, куда-нибудь вы уходили? Ну, кроме как заброшенного этого дома. Куда-нибудь ещё?]

Да, нет. Ничего не было такого.

[Не было каких-нибудь историй, типа, не знаю, там, «не садись в черную „Волгу“», не ешь, там, пирожки у бабушки на улице или ещё такое в детстве?]

Ну, это мы уже были, наверное, не в то, может, время и возрасте, нам как-то…

[А чего время? Нормальные такие хорошие девяностые.]

Ну, не знаю. Нам ничего такого в голову как бы не приходило.

[Нет. Родители в смысле именно не говорили вам, что вот так не делайте?]

А, ну, может, что-то и было уже. Такие чего слова запомнишь? По-любому что-нибудь да говорилось. То, что, там, не знакомьтесь с чужими людьми, ещё чего-нибудь.

[Нет. Ну, это типа просто. А вот именно, там, не знаю, черная «Волга» или, там, не знаю?]

А нет. Ну, я не помню.

[Тетя в красном колпаке.]

Ну, такого я уже не помню. Честно не помню.

[Не было таких историй?]

Нет. Может, что-то и было, но…

[А ты в пионерский лагерь ездил, кстати?]

[Ну, это, да. Это постоянно. Меня каждый год запихивали туда.

[А там были какие-нибудь, типа, не знаю, страшилки на ночь рассказывать? Ну, вообще что-нибудь. Ну, такое?]

Я понял. Про что…

[Страшные истории, там, не знаю, на ночь? «Бегут-бегут зелёные глаза», там, я не знаю.]

Да нет, наверное. Ничего такого, по-моему, не было.

[А, кстати, а в компании в вашей подростковой был какой-нибудь чувак, который играл на гитаре, например?]

Нет.

[Ну, вы собирались?]

Чего-чего — вот таких у нас почему-то не было. Вот именно в компании не было.

[Не было тусовок?]

Вот этого не было.

[Вы не пели песни?]

Нет. Я, вот, наверное. У меня, именно под гитару у нас точно никто не играл. Ну, таких ничего не было.

[Ну, то есть. Ну, как бы музыка вообще вот как присутствовала в вашем этом?]

Колонки, телефон.

[А уже телефон там был.]

Ну, конечно. Уже возраст-то был какой.

[Ну, да. Это, ну, как бы, а чего слушали? Ну, прям вот рэперов или там?]

На самом деле, всё подряд. Я как бы, у меня нету такого предрасположения к какому-нибудь конкретному стилю. Я могу вообще всё что угодно послушать.

[Нет. Я имею в виду, вот, вы во дворе, когда тусуетесь там.]

Да и тогда уже как. Да, разные все были. И электронная музыка была. Ну, наверное, на тот момент больше электронное было что-то.

[А пили? Ну, алкоголь? Ну, этого я не знаю.]

Ну, пили.

[Там, в шестнадцать, когда ещё нельзя.]

[ДАД]: Пили. Да.

[А как его покупали? Где собственно?]

Где…

[Ну, да. Ну, вот…]

Ну, я думаю, тех мест уже нету, где это покупалось.

[Ну, это что было? Ларьки?]

Палатки.

[Палатки.]

Магазины были какие-то.

[А как вы покупали?]

Где… Ну, там ещё не так было жёстко.

[Паспорт?]

Паспорт тогда не всегда спрашивали. А были такие люди, которые как бы не выглядели, там, на шестнадцать лет. И их можно было заслать, и они купят тебе всё это. То есть сейчас, я думаю, уже, мне кажется, намного тяжелей, потому что у меня спрашивают паспорт постоянно. А тогда как-то мы и умудрялись покупать всё это. И сигареты, и пиво покупалось. Всё легко.

[Где это обычно? А где вы обычно-то сидели? Во дворе, вот именно каком-то?]

Ну, да.

[В песочнице?]

Ну, почему? Во дворике в каком-нибудь.

[Ну, за столиками, там?]

На лавочках.

[На лавочках.]

Чтоб ещё посидеть можно.

[Во дворе на лавочках, да?]

Да.

[С девчонками?]

Да там все были.

[Ну, как бы такая смешанная компания?]

Ну, да.

[Вообще не было такого там супергендерного разделения?]

Нам тогда.

[Девочки — направо, мальчики — налево. Вместе тусили?]

Ну, да, да-да. Конечно, а как ещё-то?

[Ну, я не знаю. А, ну, вот вы были такими разбойниками, которые могли в песочницу кидать бычки или всё-таки нет?]

Ну, мы не на таких площадках как бы, не где, там, песочница, лесенки…

[А, не детские, да?]

Да. А где просто, вот, лавочки там, где, может, футбольное поле было. Так же тоже можно и посидеть, и поиграть. То есть как бы вот так у нас было.

[Но не в своём дворе?]

Нет. А у нас все из разных дворов были. То есть из компании, там, кто из школы, ещё как-то, там все в разных домах жили.

[Вы связывались уже посредством телефона? Ну, не знаю…]

Ну, да.

[Ну, там, пойдём сегодня — куда? Давайте сегодня…]

Ну, не знаю. Могли также встретиться. Допустим, зайдём в какой-нибудь магазин и, чтоб недалеко от него, там же где-нибудь и остаться рядом. То есть как бы такого особого не было ничего.

[А встретимся где? Ну, вот, посмотри, вы из разных дворов. Вы друг за другом заходите что ли?]

Ну, блин. Ну, это уже…

[Или, там, не знаю, встречаемся где?]

…по обстоятельствам. То есть как бы такого прям постоянного, чтоб в одном месте — такого не было. Это можно было созвониться, там кто-то раньше выйдет, подойдёт. Или ты, там, выйдешь раньше, куда-то подойдёшь. Вот, а там…

[Ну, а нет такого «приходи ко мне», я не знаю, «приходи на угол», «приходи к нам», приходи, там, я не знаю…]

Ну, нет. Постоянно такого не было. То есть могли так же где-нибудь около школы встретиться, могли около метро встретиться. То есть ещё где-нибудь. То есть, ну, везде могли. То есть…

[Около «Биллы»?]

Её тогда не было ещё.

[А, её не было, да.]

Она только недавно открылась. Вот. То есть как бы таких прям, что только здесь и всё…

[А слушай, а вообще есть где-нибудь памятники, вот, на территории такие? Известные? Ну, которые бы ты знал?]

Там памятники по-любому какие-то есть.

[Которые бы ты знал. Ты знаешь какой-нибудь памятник на территории Преображенки?]

Нет.

Кинотеатры »Моссовет», »Родина»

[А вот этот вот, который там, где кинотеатр Маяковского?]

Не, ну.

[Ой, не Маяковского. «Моссовета» который.]

«Моссовета», кинотеатр. Уже нету.

[Почему нету? А раньше ходили туда в кино?]

По-моему, его нет. А раньше ходили. И, по-моему, его, кстати, закрыли. Я не знаю, на самом деле. Но этот памятник…

[Там у метро.]

По-моему, да. Ещё, по-моему, около ЗАГСа [ЗАГС Богородского района. Бойцовая ул., 21/21] есть какой-то памятник. Не помню, что за памятник. Стела какая-то [имеется в виду мемориальная стела в память о Великой Отечественной войне — на пересечении с Бойцовой улицей].

[Ну, у них нет никаких названий? Там, не знаю, мужик на коне?]

Ну, может, названия какие-нибудь есть…

[У тебя, в твоём активном запасе.]

А у меня нету. У меня есть он и есть.

[А в «Моссовет» когда ходили?]

Когда?

[Ну, да. Когда, вот он?]

Ну, это ещё до того, как построили «Родину». Ну, это уже школа была, наверное, так же класс шестой-седьмой. Нет…

[Какую «Родину»?]

Кинотеатр «Родина».

[Где?]

На «Семёновской».

[В смысле построили задолго?]

Ну, как его? Реконструировали.

[Реконструировали. Он, кстати, тоже этот, двадцатых.]

Да?

[Вот тоже конструктивизм. Ну, по-моему, не в двадцатых, он тридцать какого-то, но тоже конструктивизм. Реконструированный.]

Чего-то мне казалось его реально построили, я уже забыл, потом вспомнил, а почему — не знаю. А он был вообще открыт?

[Нет. Ну, он какое-то время был, мне кажется, закрыт, потом его, да, реконструировали его, да, он был немножко в развалившемся состоянии.]

Я вот просто не помню. Помню, когда он уже, вот, был и всё. Что там было до этого — я не помню.

[Вы ходили в «Моссовет» этот?]

Сначала да. Потом начали ходить в «Родину», потому что «Моссовет» уже был. Ну, более отсталый, скажем так.

[По фильмам или…?]

Нет. Ну, по качеству, по всему. Фильмы те же самые шли. В «Моссовете» — единственное, я что помню — там прикольные диванчики были. Вот там…

[Удобно?]

Такого, такого плана. Да. И рядом с ним столик стоял. Они широкие были. Точнее, там между, они как-то между рядов, видимо, стояли. Диван, столик и всё. Там места много было. Вот. В «Родине» такого нету. Ну, а потом, да. Уже стали ходить в «Родину» и всё. Ну, а потом уже там куча кинотеатров стали появляться.

[О’кей, я не буду больше тебя мучить. А то уже и так… Целый час мы с тобой, кстати, говорили.]

Да, ладно…

[Да. Ну, пятьдесят девять минут.]

Нормально.

[Да.]

Ничего, зато я сам что-то вспомнил.

[Ну, хорошо.]

Вроде так, ни о чём не думаешь. Как-то это, и всё это забывается.

[А на Останкино, кстати, не ездили? Ну, тут же близко более-менее? Почти.]

Нет.

[На ВДНХ?]

Не, ну, на ВДНХ ездили, а вот дальше, кстати, нет. Я уже потом там работал только.

Дома «на курьих ножках»

[А вот, а есть какие-нибудь, например, ещё названия… Там, у сталинки, там, не знаю, «свечка»? Или там…]

Что-то знакомое, но я не помню, что это такое. Я знаю «на курьих ножках» [просп. Мира, 184, корп. 2].

[А что такое «на курьих ножках»?]

Как к ВДНХ ехать, эти дома стоят, которые с правой стороны. Где пересечение проспекта Мира.

[А что это за дома — я не знаю? А как они, в смысле у них что? Почему они так называются-то?]

Потому что дом стоит, у него как-то фундамент, он идёт вот так просто, и там какие-то, вот.

[Значит так, на проспекте Мира, да?]

Да.

[До проспекта Мира?]

До проспекта.

[Отсюда как ехать, да?]

Ну, да. Если на трамвае ехать, до пересечения прямо вот он стоит, этот дом. Он один или два, не помню уже, сколько стоит этих домов. Один, по-моему. И где-то ещё, вот, такой дом должен быть. Вот, где-то, но где — уже не помню.

[А ещё что-нибудь интересное помнишь?]

Где…

[На «курьих ножках». А какие-нибудь, ну, там, не знаю, в районе. Там, не знаю, знаешь, как, например, называется здание РАН, вот, которое на Ленинском проспекте, Академии наук. Ну, такое. Не знаешь, как оно? «Золотые мозги», типа. Нет?]

Нет.

[Не слышал?]

Не знаю. Не, если встать… Вообще есть прикольные здания, мне нра… Я тоже, кстати, не знаю. Точнее, не помню. То ли оно как, с музыкальным чем-то связано. На набережной находится, если так, ну, относительно недалеко от Кремля. То есть если стоять, получается, вот Кремль стоит. Набережная идёт. И вот оно где-то вот здесь, на другой стороне. Я не помню, что это за здание, но оно прикольное [Дом на Набережной]. Особенно ночью светиться классно. Вот это я знаю. Мне оно понравилось. А так — что ещё? Много, на самом деле, зданий таких прикольных есть по Москве.

[Прикольных — с названием прикольным?]

А, нет. По внешнему виду. Названия у меня вот эти вот… Не знаю, почему у меня названия плохо запоминаются.

[Ага, а на автобусах ты, кстати, не ездил? Ну, ты же ездил?]

Да.

[А как называется конечная остановка? Конечная остановка.]

Конечная остановка чего?

[Просто. Ну, автобус идёт до…]

Конечка.

[Да. Ага. Ещё какие-нибудь.]

Не знаю.

[Остановки?]

Нужны названия остановок?

[Да, да. Неофициальные. Какие-нибудь. Около тебя какая остановка, около дома?]

Ну, если трамвайная — Хромова. Как её? По-другому никак они не называются.

[Просто Хромова и всё, да?]

Ну, я на самом деле таких названий как… особо-то и не знаю. Которые исковерканы.

[Исковерканы… [Смеется.]

Можно сократить и всё. Подбельского — также Подбелка. Правда, сейчас она уже как-то по-другому называется.

[Бульвар Рокоссовского.]

Да, вот, точно.

[Но ты всё равно не знаешь также? Да?]

Да.

[А это, а вот, ну, как ты думаешь… Всё, последний вопрос. А если, например, ну, вот, к тебе приехал, там, кто-нибудь и тебе нужно экскурсию провести по району. Куда бы ты повёл?]

По району я бы не повёл.

[Ну, а у тебя, вот…]

Это бессмысленно, по-моему.

[Слушай, но тебе бы сказали — по району. Пойдём, покажи, покажи, где ты живёшь.]

Просто пройтись везде по всем улицам, по кругу и всё. Ну, а куда? Что здесь? Я здесь ничего такого прямо сверхестественного не вижу. Ну, можно также по максимуму — это пруд какой-нибудь. Да и всё, наверное. Что здесь? Ходить по улицам, я считаю, глупо.

[Не, ну, не знаю, там. Церковь, например, там, девятнадцатого века или восемнадцатого, или шестнадцатого, там, не знаю.]

Не. Ну, может, кто, если в этом разбирается, может хотя бы показать, объяснить. Я просто в этом не разбираюсь. Я не знаю, там, какого она века.

[Ну, не знаю. Ты, там, покажешь: а вот здесь у нас бомжи собираются, а вот здесь у нас живёт уличный художник.]

Нет. Это будет никому не интересно.

[Мне интересно.] [Смеются.]

Художник?

[Да, кстати.]

Нет, ладно. Художник — ещё ладно. Это может интересно быть.

[А, кстати, есть какое-то место, где рисуют граффити, в районе Преображенки?]

Район Медведково

Сейчас я на самом деле не знаю, а раньше было. Там дворик где-то, где там все было изрисовано. Сейчас не в курсе даже. Особо уже на это внимание не заостряется. Я знаю то, что у моей мамы в подъезде жил, по-моему, сын Высоцкого. Вот это я знаю. И всё.

[В Медведково?]

Да. И там снимался этот, сериал какой-то.

[Какой? Про Высоцкого? Который, который этот? Глеб Жеглов и Володя Шарапов?]

Что?

[Где Глеб Жеглов и Володя Шарапов?]

Сериал?

[Ну, да-да-да-да. Ну, собственно, где Высоцкий играет.]

Нет, не с Высоцким. Там сериал этот, какой-то.

[А!]

Не помню. По НТВ он шёл. Не помню, как назывался. Но там у нас, кстати, в Медведково много сериалов снималось. Причём я не знаю, почему, но обращаю внимание, видно то, что это Медведково. Не знаю, почему так.

[Интересно, да. Потому что недалеко от Останкино, может?]

Ну, блин. Не скажу, что это прям близко-то к Останкино. То есть там районов поближе намного будет. Не знаю, почему, но много реально сериалов. Вот, особенно сериалов. То есть фильмов, может, нет, но сериалов много. Как сериал-то назывался? Не помню.

[Не знаю. Нет телевизора дома. Не помнишь.]

Да?

[Да. У нас нет телевизора.]

Ну, это хорошо. Я, на самом деле, тоже редко его смотрю. Он у меня стоит. Ну, может быть включен, а смотреть я его не буду.

[М-м, не, у нас нет даже как единицы.]

А, ну, хорошо.

[Я тоже так думаю, да. Мы без телевизора. Не любим.]

Телевизор — это зло. Там всякую чушь говорят. Лучше без него. Я, вот, всегда говорю: у него, мне он — что есть, что его нету.

[Но ты новости смотришь тем не менее? Или ты в интернете читаешь?]

Ну, я могу включить «Москву 24» также. С утра, допустим, посмотреть и всё. А так — мне проще где-нибудь пока сидишь ждёшь чего-нибудь, в «Яндекс» зайти, просто прочесть новости и всё. И успокоиться на этом. А так… Ну, как? Я понимаю, что это бессмысленная трата времени.

[Да. То есть ты ездишь на машине всегда?]

Да.

[Пешком не ходишь? Далеко пешком, да?]

Далеко идти.

[А ты на Хромова работал или нет?]

Нет. Идти — нет. Я пришёл, когда, вот, они как раз переехали. Это буквально, вот.

[Повезло вообще.]

Мне не хватило, да, какого-то времени. Потому что как раз, по-моему, они в мае переехали. Я как раз… Первого июня я пришёл. Я не застал. Так, да, можно было пешочком ходить. Там буквально идти, вот, пять минут.

[А вот этот, где здание прикольное уже, вот, которое. Ну, в смысле не там, где их была. А где территория какого-то, ну, белое, старенькое такое. Ты не знаешь, что там было раньше?]

Нет. А что там было раньше?

[Не знаю. Я спрашиваю тебя.]

А, ну, да.

[Я-то не с Преображенки.]

Деревянный дом в Преображенском районе

Я думал, ты всё знаешь про Преображенку.

[Нет. Не всё ещё.]

Я у тебя хотел спросить.

[Ну, не знаю. Не всё.]

А что за дом стоит, знаешь, на Преображенке есть? Там, деревянный, красный?

[Нет. Где?]

Ну, он тоже во дворах, вот как раз-таки рядом. Где, этот наш офис был. Оно где-то, вот, здесь во дворе стоит. На самом деле я тоже не знаю, что это за дом, но мне это очень интересно.

[Красный дом?]

Да.

[Деревянный?]

Да.

[Сколькиэтажный?]

Он забором обнесён. По-моему, он то ли одноэтажный, то ли двухэтажный. Обычный такой, как деревенский домик. Там постоянно, там свет горит, там кто-то живёт. Но что там — я не знаю. На самом деле, мне ещё с детства было интересно. Но мне никто на этот вопрос ответить не может.

[Да ты что?]

Да.

[Надо выяснять.]

Надо выяснить.

[И он, и с детства он был обнесён забором?]

Да. Он постоянно был под забором и там постоянно кто-то жил. И до сих пор, по-моему, там кто-то живёт, потому что вечером там свет горит. Что за дом — я не знаю.

[Не знаю.]

Даже ради интереса…

[Покажи мне на карте, да?]

Так. Это у нас, вот начинается… [Показывает на карте.]

[Это мы снимем показания сейчас Виталия Владимировича. Имя, отчество я уж забыла. Я же тоже не местная.]

Так, сейчас. Сюда. А и, кстати, нет на карте.

[Да?]

Так, сейчас. Вот у нас… получается. Сейчас. Чего-то не пойму, где мой дом. Вот он дом. Сюда…, сюда. Так и это, да. Пятиэтажный. Вот он, по-моему…

[Шесть, да?]

По-моему, да. Да, дом шесть, получается. Потому что если это две пятиэтажки, это девятиэтажка. Здесь детская площадка. Да. Как раз…

[Там где дракон должен быть?]

Да-да-да.

[Детская площадка, да?]

Да.

[С драконом, да?]

Да.

[Слушай, а вот дом я не помню. Дракона и детскую площадку помню.]

Дракон [детская площадка в Зельевом переулке]. Точно. Я думал, ты такого не знаешь.

[Детские площадки-то?]

Да.

[Да ты что? У меня там дети тусили. Мы приезжали к Диме на работу и заходили там потусить.]

Ну, вот, именно вот как раз, здесь сам дракон. Горка здесь, по-моему, беседка стоит, здесь, как беседка. Здесь идёт, а блин…

[Там то ли школа, то ли ПТУ.]

Детский сад. Нет. Детский сад есть, но он не там.

[Детский сад.]

Он, но он не там. Вон куда.

[Ну, видишь, я не помню.]

Да, у нас. Вот. Дом шесть. Вот.

[Вот он.]

Так, получается, вот здесь. Вот, он детский сад идёт. Вот сюда по этому.

[Да-да-да-да.]

Здесь идёт на баскетбольно-футбольное поле.

[Да-да-да.]

И вот как раз за ним идёт, вот это.

[А там, вот, я не видела. Да, я поняла. Надо выяснить. Интересно. Это, наверное, Черкизовская, 6, да?]

Да, Большая Черкизовская, да, скорее всего.

[Интересно.]

Вот, я говорю, меня… Вот этот дом меня интересует с самого детства. Я не знаю, что это. Я у кого, у бабушки, у всех спрашивал- мне никто ничего не может сказать. Никто не знает, что это за дом. Вот. Так что, если узнаешь — сообщи.

Клумбы, гаражи

[Да, дом… Слушай, а ещё. А у вас уже не было всяких автоматов с газировками?]

Нет. Уже не было. Я автомат этот в первый раз… Точнее, вообще увидел только в этом, в Киеве. И там его попробовал. В Москве я уже их не видел в то время.

[Не застал, да?]

Да.

[Автоматов с водой?]

Но вода вкусная.

[Ну, да, прикольно. А это, а… Всё, правда — последний вопрос. А есть приусадебное хозяйство… Ну, садят бабушки цветочки вокруг вашего подъезда?]

Бля, на самом деле…

[Палисадник есть?]

Cейчас, вот, я, честно говоря, я даже не обращаю внимания, а раньше… Хотя, да. Сажают. Вот, в доме напротив, там такая у них, площадочка. Там тётенька, по-моему, до сих пор сажает. А так, раньше — да, кто-то сажал прямо под окнами. И сейчас, по-моему, кто-то высаживает, такого особого…

[А там каких-нибудь клумб не было, а то… Не знаю. Вот у нас, например, в Балашихе у нас мягкие игрушки выкладывают. Ну, да, у нас прямо все клумбы, и там на пенечке кто-нибудь сидит, не знаю, зайчик, мягкие игрушки… И весь дом так.]

Я такого не видел, кстати.

[Не видел? Ну, там, колёса, из колёс делают клумбы.]

Ну, из колёс-то понятно. Не, в Москве такого, ну, у нас по крайней мере…

[Не было, да.]

Не было. Может…

[Ну, нет. Ещё что-нибудь.]

Да, нет. Ну…

[Колёса, ещё что?]

Ну, по крайней мере, в близлежащих домах такого точно ничего не было. То есть так просто, да. Высаживали там какие-нибудь цветочки, ещё что-то — да, это было. Сейчас говорю, вот, одно место, по-моему, да, так и осталось. И то уже, честно говоря, я не помню. Раньше, по-моему, это как-то более было. Когда, наверное, старое поколение ещё более молодое было, высаживало.

[Слушай, а у вас гаражи ещё или уже парковки?]

Парковки, которых нету. Я вот так это скажу.

[Ну, то есть ты приезжаешь домой и куда ставишь машину?]

Ну, найду, где место — туда и поставлю.

[Нет шлагбаума во дворе?]

Вот шлагбаумов нету, которые пора ввести. Во всём районе. Каждый дом, я считаю, надо уже ограждать. Потому что приезжают люди просто все и ставят пофигу как. Ладно бы если бы они ещё нормально ставили, а то им всем, по-моему, уже по барабану, как припарковался. И ушёл.

[То есть за тобой, ну, как… За жильцами не закреплены места?]

Нет. Какое там! За каждым жильцом закрепить место -это тогда у нас, по-моему, не знаю, все газоны надо будет убрать. Если в каждой семье, там, по две, по три машины бывает.

[Ага. Ну, да.]

Ну, если бы гаражи хоть где-то строили, то это бы другое дело было. А то гаражи есть, а…

[А в детстве, ты помнишь, были гаражи?]

Ну, конечно, гаражи были.

[Ну, у вас там ничего не происходило? Там, я не знаю, «пойдём за гаражи…»]

По гаражам бегали.

[Потусим…]

Да, это отдельная тема. Это везде, по-моему, у всех. Не только у нас было такое. Это, ну, скажем так, мини-общественный туалет, по-моему, был в любом районе Москвы.

[За гаражами, да?]

Ну, конечно. А куда ещё идти было. Ну, а так побегать по гаражам ещё можно. Зимой попрыгать в сугроб, в снег.

[А то есть побегать по крышам прям?]

Ну, да.

[То есть вы в снег перепрыгивали?]

[А ты говоришь: о, баскетбольная площадка.]

Не…

[Видишь, как тебя.]

Ну, это же не игра.

[Догонялки по гаражам.]

Это уже другое просто развлечение. Не, почему? Можно побегать, попрыгать просто и всё. Это необязательно кого-то догнать.

[А горка, кстати, была у вас где-нибудь, вот, зимой? Откуда-нибудь катались?]

Ну, да. Была горка. За домом прямо. Она до сих пор есть.

[В смысле — зимняя? Зимой?]

Ну, как? Она — обычная горка. Зимой, понятное дело, снег. Её обкатывали и катались кто на чём, кто на санках, кто на ледянках, там.

[В смысле — обычная горка. Природная?]

Ну, да. Ну, не… Ну, как она? Она не природная. Там под… Под горкой раньше было бомбоубежище, сейчас там парковка. И с неё катались.

[А и с неё как бы с крыши, да?]

Да.

[Бомбоубежище было, значит…]

Ну, вроде как, да.

[Видишь, сколько интересных штук. Я ничего не знаю, я ничего не знаю [Передразнивает.]

Ну, у меня, мне надо просто вспоминать. Надо какие-нибудь вопросы вспоминаешь, именно наводить, тогда я могу вспомнить. А так — я просто не знаю, что говорить.

[Да, я спрашиваю.]

В голове-то много чего. Ну, не понятное дело.

[Про гаражи было…]

Ну, вот. И теперь уже сразу же…

[Смеется.]

Вышло другое.

[Слушай, а ещё, хорошо. А были какие-нибудь, вот, прям компании хулиганские, которые, ну, вот, раньше, например, били, я не знаю, стёкла или там, ну, что-нибудь делали такое? Ну, вообще, происшествий ты не помнишь? Вообще?]

Нет. Вот таких я вещей не помню. Не, ну, по-любому они были, без них как бы вроде не могло время пройти. Но у нас таких ничего никого особых не было. Ну, может, что-то и было, но я не помню.

[А ты знаешь, где там поликлиника, пожарная часть, вот это всё?]

Ну, да. Это знаю.

[То есть ты можешь сориентироваться везде?]

Ну, да. Ну, там же рядом, где и офис был когда-то.

[Пожарная часть там была, да?]

Да. Бывшая. Уже уголёк стоит.

[Что такое уголёк?]

Ну, сгоревший.

[А-а.]

Его уж давно же нету. Его закрыли, ну, не помню даже когда. Это ещё я, наверное, по-моему, даже в школе не учился. Его закрыли. Да, она что-то сначала пустовала, а потом там что-то пытались сдавать подо что-то, я не знаю. И потом она сгорела. Причём сгорела основательно так, по-моему, в том что ль году или в позапрошлом зимой.

[Слушай, а это… А не строили домики, кстати, или шалаши какие-нибудь?]

Нет. Домики не строили.

[И шалаши не строили?]

Нет. Это Москва.

[Детка…]

Не, на даче строили. Причём рядом с участком, да, это было. А в Москве ничего такого не делали. А здесь негде. Где было делать что-то? Либо я просто не помню.

Игрушки. Детское коллекционирование

[А не копили что-нибудь? Ну, там, игрушки из металла, фантики, жвачки там? Ничего такого не собирал? Монетки?]

Игрушки из «Макдональдса» были. Куча была. Из «Киндера» были.

[А менялись?]

Из «Макдональдса» тоже был. Насчёт меняться… Меняться — нет. Нет, менялись этими, сотками.

[Какими сотками?]

Ну, такие лёгонькие, картонненькие такие.

[Какие сотки ещё раз?]

Лёгонькие. Картонные.

[Где вы их брали?]

Продавались они.

[Это что? Ну, копили вы их?]

Ну, покупали, да. Играли, выигрывали.

[Это что? Типа, это такие деньги или что?]

Серьёзно?

[Что? Я серьёзно не знаю.]

Или ты прикалываешься.

[Нет. Расскажи, расскажи.]

Ну, обычные картонные кругленькие такие штучки. На них картиночки разные.

[А почему «сотки» называются?]

А это я уже не знаю. Это не ко мне. Это кто их придумал.

[Это такая игра, да?]

Ну, да.

[А где их покупали?]

В магазинах, в открытках всяких.

[И то всего я не знаю. У тебя три зелёненьких, а друга три синеньких.]

Там разные картинки.

[А что за картинки?]

Любые могли быть. Вот…

[Нужно собрать было много всяких картинок?]

Нет, ну, почему? Просто там, где-то какие-то серии были. Какие-то, там, может, из какого-то мультика, из фильма, может быть, может, ещё что-то. Там какая-нибудь машинка, мотоцикл.

[То есть подожди. Эти монетки назывались сотки?]

Да. Были ещё к ним биты. Они пластиковые, такие же круглые были.

[Кто?]

Биты.

[Биты. На них тоже что-то было нарисовано?]

Да. Но я уже не помню. Там, но они так просто, картинки были. Уж не помню. И либо могли просто поменяться, либо могли также, играли, их выигрывали.

[А во что играли?]

Ну ставишь эти сотки. Вот так.

[Стопочкой.]

Стопочкой. И этой битой в них кидаешь. Которая переворачивается -ту и забираешь.

[А ты говоришь: «Игр не было, только баскетбол»…]

Ну, вот, я говорю, мне надо вспоминать. Я, вот, не помню.

[А сейчас вспомнил?]

Сейчас вспомнил.

[Что были сотки.]

Да. Я могу ещё чего-нибудь вспомнить.

[Давай.]

Это тяжело.

[Валяй.]

«Монополия» была. А это и сейчас она есть.

[А приставки были? Играли в приставки?]

«Денди» — во! Я же говорю, что-то я могу забыть. «Денди» — как её можно было забыть.

[Ну…]

Это, там разные игры были.

[А кассеты, вот. Как-то покупали или там тоже менялись? Или приходили играть в дом? В квартиру к одному человеку и рубились там?]

Вот это… Чего-чего — а этого я не помню. Наверное, как, у кого чего-то было, то приходили, приносили, может, брали у кого-то. Я, вот, не помню. Я знаю, что у меня всегда много было. Я, видимо, не страдал, не помню, откуда я их брал. Только я не знаю ещё, что могу об этом. И потом Play Station — уже понятное дело всякие. «Тетрис».

[А в «Тетрисе» — где? Ну, вот, во дворе играли или, там, где?]

Да, везде. Можно и дома было и в школе.

[И в школу таскали?]

Что ещё…

[Сотки — это, конечно, для меня открытие замечательное.]

Серьёзно?

[Да.]

Да ладно.

[Да, знаю много всяких игр, но соток нет. А таких этих штук на резиночке не было? Мячиков, там, таких?]

А эти? Как они? Типа, йо-йо или как они?

[Да.]

Как они назывались? Ну, не знаю, мне они не нравились.

[Не играл?]

Неинтересно. Лизуны — прикольно, да, вот это было. Тоже не знаешь?

[Не, не, знаю такие штуки.]

Да-да-да. Ага, которые… Только, если сейчас они нормальные. А раньше они ещё жирные были. И на стенку кинешь — и там такое жирное пятно. Я помню, дома я получал втык за него хорошо. Особенно на потолок его кинул, и там пятно такое жирное…

[А эти такие мячики? Попрыгунчики?]

Ну, это тоже было. По-моему, они у всех. А, тамагочи ещё были. Вот что.

[А-а, покормить, пописать.]

Да. Ну, я сразу просёк. Ну, он у меня сдох на следующий день. Я спалил фишку, что там есть кнопочка, которая его перерождает, да. И всё. И для меня это уже так было, больше интересна вот именно форма их. Я говорю: купите мне, купите, потому что мне этот не нравится, мне этот не нравится. А ещё я помню, по-моему, первый самый был, который у меня… Белый такой, ещё как бы в виде яйца, по-моему, а дальше, по-моему, всякая фигня пошла.

[Прикольно. Ну, да. А свалки какие-нибудь, кстати, были?]

Свалки?

[Ну, да. Вот ты не помнишь, вот, про них, чтобы где-то была свалка?]

Да нет.

[Не было? А зарабатывать деньги не пытался?]

Нет.

[Как-нибудь? В детстве?]

Нет.

[Вот, мы, знаешь, как, мы плели такие, знаешь, проволока такая цветная была?]

Ну.

[Мы мастерили колечки всяческие. Ну, я тогда вообще маленькая была, не знаю, может быть, в классе шестом. И пытались продавать сами.]

Это нормально. Бизнес. [Смеются.]

[Нам пришли, да, родители дали втык, потому что… Ну, девочка пришла домой, говорит: «Дайте мне два рубля, я пойду у девчонок колечко покупать»]. [Смеется.]

Нормально. Не, такого не было. Я не помню такого.

[Слушай, а вот лидеры были какие-нибудь, там, в том детстве, там, я не знаю? В компании мальчиков или, там, девочек, я не знаю, вожак, лидер какой-нибудь.]

Хм, да нет, наверное. Не знаю так.

Помладше там, не только какой-нибудь девятый класс, какой-нибудь, не знаю там. Может, пятый, шестой как бы авторитеты такие. Ты приходишь на площадку, и какой-нибудь пацан — самый крутой. И как вот эта крутость могла определяться?]

Да, наверное, не знаю.

[Может, у него было больше всех соток? [Смеется.]

Да нет. Не знаю. Честно говоря, на этот вопрос затрудняюсь ответить.

[Не помнишь? А драки вообще были?]

Драки — они, по-моему, понятное дело, всегда были.

[Ну, ты вот конкретно дрался?]

Ну, да.

[Ну, по какому поводу? С кем? Со своими, с кем-то? Или с пришлыми или вообще… с неизвестными, что помнишь.]

Да и со своими было, когда что-нибудь не делилось, там. И так просто могли, с параллельным классом. То есть, ну, много таких было сюжетов, как. Ну, прям конкретного ничего. Прям именно из-за этого — я не могу сказать, что были драки там. Мало ли… Много, точнее, было всяких стычек. Там что, по какому поводу уже.

[Ну, компания на компанию, там, типа. Нет?]

Ну и такого плана тоже.

[А не было такого, типа, разделения территории? Вот вы туда не ходите. Вы знаете, что там…]

Нет.

[Там компашка тусует.]

Ой, не было, точно. Мы знали то, что какие-то компашки, но как бы мы всегда шли. Если надо было, мы и шли туда. То есть как-то.

[Ну, а вы там пришли, а занята уже лавка.]

Не знаю. Ну, таких у нас не было проблем ни разу.

[Да?]

Такого не было. Может, нам просто фартило как-то.

[Да-да-да.]

Не знаю. Но таких стычек точно не было. Вот, всё было нормально в этом плане.

[Понятно. Если ты вдруг что-нибудь завтра… Это знаешь, как, мы, например, ездим в деревню к бабушкам, ну, приходишь к ним, они уже старенькие, там спрашиваешь-спрашиваешь. Наутро идёшь — они говорят: «Доченька, всю ночь вчера не спала, я тебе тут песни написала! Целую тетрадку!» Старинных каких-нибудь. Так что, если ты вспомнишь что-нибудь…]

Ну, да.

[Позвони мне.]

[А ты про домик узнай.]

[Я узнаю, да. Мне самой интересно. Я теперь всех буду спрашивать, что это за классный домик за синим забором. Это интересно.]